Новая пенсионная реформа почти готова

Пенсионная реформа-2: После «обнуления» Путина пенсионный возраст поднимут снова

— Эта мера продемонстрировала свою экономическую неэффективность, и было бы странно думать, что власть вновь решится сделать шаг, который ничего не принесет ей с экономической точки зрения, но при этом вызовет рост социального недовольства. Зато самой «Справедливой России» выгодно поддерживать подобные слухи, поскольку это позволяет ей, не прилагая никаких усилий, создавать себе образ политической силы, противодействующей принятию решений, затрагивающих социальные интересы миллионов людей.

Минфин прокомментировал сообщения об отмене пенсий в России

Просочившаяся в СМИ информация о готовности новой модели российской пенсионной системы, не предусматривающей пенсионные выплаты для россиян с большими доходами, вызвала эффект взорвавшейся бомбы среди населения. Однако, Министерство финансов поспешило успокоить взволнованных граждан и дало свой комментарий.

Светлана Никитина, являющаяся помощником главы ведомства, объяснила, что в данном нововведении речь идет лишь о дополнительном накопительном элементе пенсии, который предлагают формировать либо в коммерческих банках, либо в инвестиционных фондах негосударственного характера . Это будет абсолютно добровольным делом каждого гражданина, который сможет благодаря этому создать свой пенсионный капитал. Нынешняя система выплат обязательного характера будет сохранена. И именно состоятельным гражданам будет предложено самим позаботиться о своей старости. Ведь предоставить коэффициент замещения на уровне 40% от зарплаты таким обеспеченным гражданам, у которых размер зарплаты равняется 50 тыс. руб. в месяц и выше, государство будет не в состоянии.

В любом случае, пока еще нет окончательного решения по поводу будущего накопительного элемента российской пенсионной системы. В настоящее время идут горячие дискуссии по поводу того, стоит ли оставлять данный элемент или нет с учетом того, что он подвергается уже третьему по счету мораторию.

Возможна ли отмена пенсионной реформы в России: последние изменения на сегодня

Пенсионная реформа 2018 года «взорвала» российское общество и задела даже стопроцентных лоялистов, которые сразу стали беспокоиться о собственной старости. Не зря все эти два года в народе ходят толки то о временном возврате к «старому» пенсионному возрасту, то о полной отмене пенсионной реформы.

p, blockquote 1,0,0,0,0 –>

И это не просто слухи, но и реакция на постоянное обнародование законопроектов, предлагающих упразднить крайне непопулярную реформу, которая повышает шансы просто-напросто не дожить до наступления пенсионного возраста.

p, blockquote 2,0,0,0,0 –>

p, blockquote 4,0,0,0,0 –>

Впрочем, до сих пор такие предложения отвергались под предлогом того, что в госбюджете не хватает денег. Еще зимой 2020 года, до того, как Россию охватила пандемия коронавируса, премьер-министр Михаил Мишустин предложил «ничего не трогать» в пенсионной реформе.

p, blockquote 5,0,0,0,0 –>

Все это разочаровало граждан, ожидавших, что новый премьер с имиджем государственника прислушается к народным чаяниям. С другой стороны, предшественник господина Мишустина, Дмитрий Медведев, допустил еще в 2018 году внесение корректировок, при условии, что для этого возникнут серьезные предпосылки. О каких основаниях шла речь, лучше спросить у самого экс-премьера.

p, blockquote 6,0,1,0,0 –>


p, blockquote 1,0,0,0,0 –>

Новая пенсионная реформа неизбежна

Вопреки обещаниям власти, повышение возраста выхода на заслуженный отдых лишь отсрочило проблему, разрыв между зарплатами и выплатами из ПФР будет только расти.

В России грядет куда более радикальная пенсионная реформа, чем повышение возраста выхода на заслуженный отдых. В противном случае, выжить на ежемесячные выплаты из ПФР будет куда сложнее, чем сейчас. В чем причина, и как найти выход из сложившейся ситуации, обсудили на Гайдаровском форуме-2020.

В восприятии населения, даже после реформы 2018 года пенсии остались низкими как в абсолютном выражении, так и по отношению к прежнему заработку, отметил заместитель директора Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Юрий Горлин. После выхода пенсию человек получает меньше 40% утраченного дохода, и много меньше актуальных на рынке труда зарплат. Кроме того, размер выплат из ПФР не сильно разнится в зависимости от прежней оплаты труда, стажа и прочего. «Сосед работал меньше, чем я, получал копейки, а пенсия у нас теперь почти одинаковая», — рассуждают люди.

«Наши расчеты показывают, что при условии даже небольшого, но стабильного экономического роста в 1,5%, как сейчас, индексировать пенсии на уровне инфляции — не проблема. Проблема в том, что соотношение пенсий и зарплат будет и дальше снижаться. И в какой-то момент это может стать критичным», — отметил Горлин. И чем больше будет экономический рост, тем больше будет расти разрыв между размером пенсий и зарплат.

Еще одна, чисто российская проблема: у нас довольно много работников с такой низкой зарплатой, что даже при сорокалетнем стаже они не заработают на пенсию, превышающую границу бедности. То есть — правительство и впредь не сможет отказаться от пенсионных доплат. Это значит, система уже сейчас не выполняет своей основной функции — защиты от бедности в старости. Если ничего не менять, станет только хуже.

«Если бы мы не повысили пенсионный возраст в 2018 году, то к 2050 году на одного пенсионера приходилось бы 0,85 работника, который платит взносы в ПФР. Пенсионная реформа позволила сдержать снижение этого показателя до 0,99. Но этот прогноз не учитывает нарастания нестандартных форм занятости и расширения неформального сектора», — считает Горлин.

По разным оценкам, сегодня до 35% зарплат выплачивается в конвертах, в обход страховых взносов. Кроме того, чиновники ввели специальный режим для самозанятых и легально освободили людей от уплаты таких взносов. «Возможно, для решения проблемы стоило бы взимать страховые взносы не только с доходов, но и с расходов, превышающих официальный заработок. Цифровые технологии позволяют это сделать. Но в таком случае Оруэлл покажется нам детской сказкой», — отметил Горлин.

По мнению эксперта, старение населения объективно требует пересмотра общественного договора. «Повышение пенсионного возраста несколько улучшило ситуацию, но нужно принимать дальнейшие решения, и, вероятно, они будут приняты. В первую очередь это повышение требований к стажу. Сегодня достаточно отработать 11 лет, через некоторое время будет 15 лет, но этого все равно недостаточно для балансировки системы», — считает он. Наряду с этим нужно реформировать систему досрочных пенсий, менять ставку страховых взносов.

Существуют разные точки зрения о том, какой должна быть пенсионная система будущего. «Есть мнение, что страховые пенсии на горизонте 50 лет должны трансформироваться в пособия по нуждаемости, которые будут выплачиваться тем, кто прекратил работать по старости или по каким-то другим основаниям. Другая концепция, и я считаю ее более реалистичной, заключается в том, что пенсионная система в обозримой перспективе сохранит страховой характер, основанный на принципах солидарности поколений», — отметил эксперт. Главное, по мнению Горлина, чтобы о грядущих переменах было известно заблаговременно, на много лет вперед.

О том, что в обозримом будущем значимую роль начнет играть накопительная пенсионная система, пока всерьез говорить сложно. По словам Горлина, до сих пор доходность НПФ была почти вдвое ниже инфляции. При этом управляющие пенсионными накоплениями получали в виде вознаграждения почти треть дохода от инвестиций.

С тем, что перспектив у гарантированного пенсионного продукта не много, согласна замдиректора Института социальной политики ВШЭ Оксана Синявская. «С точки зрения доходов и их динамики за последние три года, можно говорить, что почти треть работников потенциально могла бы участвовать в накопительной системе. При этом реально уже имеют сбережения и готовы их вкладывать в НПФ только 2,5-6% занятых работников. Это совсем не те цифры, о которых мечтают Центробанк и Минфин», — заметила Синявская.

По ее словам, для 15% работников ставка замещения настолько мала, что делает участие даже в государственной пенсионной системе неинтересным и бессмысленным, и предрекает им резкое падение уровня жизни при условии прекращения занятости. «Более того, исследования нашего института показывают, что за последние десятилетия наметилась тенденция усиления „липкости пола“. То есть — выйти из ситуации низкой квалификации и низких доходов все сложнее», — отметила она.

Что касается неформальной занятости, это, по мнению Синявской, не только и не столько выбор работников. «Те исследования неформальной экономики, которые есть на сегодня, показывают, что причина расширения этого сегмента комплексная во многом связана с особенностями национальной структуры экономики России. Если мы посмотрим, как менялась занятость на протяжении последних десятилетий, то увидим, что наблюдавшийся рост происходил в основном за счет неформального сектора. Уровень занятости в формальном секторе, напротив, сокращался», — заметила она.

В условиях, когда самозанятых и работников с зарплатами «в конвертах» становится все больше, по мнению Синявской, правительству, вероятно, придется сокращать охват населения страховой пенсионной системой. «Но в таком случае неизвестно, на что люди будут жить как в ранние пенсионные годы, когда они еще могут работать, так и после 75 лет. Возможно, в долгосрочной перспективе стоит подумать о введении чего-то вроде базового дохода в старости», — считает Синявская.

В том, что новая реформа пенсионной системы необходима и неизбежна, все участники дискуссии оказались единодушны. «Мы живем на переломном этапе, когда происходит поиск абсолютно новой парадигмы развития пенсионных систем — и у нас, и во всем мире. Но наше основное ведомство, которое должно отвечать за пенсии, Министерство труда, как мне кажется, концептуально к этому не готово», — считает глава Центра правового обеспечения социально-экономических реформ Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ Юрий Воронин.

По мнению эксперта, сейчас нужно сконцентрироваться на солидарной страховой системе. Для подавляющего большинства населения в ближайшие десятилетия она будет основной. «Мы должны четко понимать: мы сохраняем старый общественный договор или предлагаем новый? Вопрос не в выборе страховой или накопительной модели. Это разные ножи, которыми режется один и тот же пирог, формируемый из заработной платы. Основная проблема пенсионной системы не в старении. Проблема в том, что у нас фонд оплаты труда перестал расти теми темпами, которыми он рос: в течение всего 20 века — больше 5%, сейчас — меньше 1,5%. Вот причина кризиса системы. Меняя ее форму, мы не решим проблему. Мы должны в первую очередь определиться с вопросом об источниках наполнения», — считает Воронин. Вместо этого правительство в период с 2005 по 2012 годы снижает тариф страховых взносов на 12%, тем самым еще больше увеличив зависимость пенсионной системы от бюджетных трансфертов.

«Если зарплата у нас усыхает, нужно смотреть в сторону налогообложения роботов, агрегаторов. Чтобы система оставалась самоокупаемой и сбалансированной, нужно найти новые источники», — считает Воронин.

При этом самозанятых он предложил выделить в отдельную категорию. «Нам нужно перестать дотировать их пенсии из общей солидарной системы. Мы должны им предложить другую. Мне кажется, что для них более органична индивидуально-накопительная», — считает эксперт.

Вопреки обещаниям власти, повышение возраста выхода на заслуженный отдых лишь отсрочило проблему, разрыв между зарплатами и выплатами из ПФР будет только расти.

В обновленной Конституции нашли задел для повышения пенсионного возраста

Эксперты опасаются, что государство может отказаться от части социальных обязательств

20.07.2020 в 11:03, просмотров: 237917

Новая редакция Конституции позволит властям прибегнуть к очередному повышению пенсионного возраста, считают опрошенные URA.RU экономисты. По их мнению, о новой пенсионной реформе заговорят сразу после выборов в Госдуму.

Речь идет о поправке в пункте ж.1 статьи 72, согласно которой государство должно создать условия «для осуществления совершеннолетними детьми обязанности заботиться о родителях». В предыдущей редакции Основного закона говорилось лишь о том, что трудоспособные дети должны заботиться о нетрудоспособных родителях.

Директор Института свободы Федор Бирюков заявил URA.RU, что власти якобы намереваются использовать опыт КНР, где содержание престарелых родителей лежит на их детях. А это, в свою очередь, станет заделом для нового витка пенсионной реформы.

Экономист, член Столыпинского клуба Владислав Жуковский также считает, что новая конституционная норма позволит властям в случае кризиса оправдать отказ от части социальных обязательств. В качестве примера эксперт привел планы Минтруда брать взносы из зарплат россиян в фонд страхования от безработицы.

Согласно прогнозам Жуковского, дискуссии о повышении возраста выхода на пенсию начнутся после выборов в Госдуму, которые ожидаются осенью 2021 года.

Экономист Василий Колташев, напротив, считает, что поправка об ответственности детей за родителей имеет сугубо ценностный характер, а ведущий эксперт Института современного развития Никита Масленников рассматривает её как повод учредить «родительский капитал» по аналогии с материнским. Впрочем, окончательно суть поправки прояснится только после ее детализации в законодательстве, отмечают эксперты.

  • Самое интересное
  • По теме
  • Реальные доходы населения рухнули до уровня 90-х
  • Историческому шансу Путина помешала нищета населения

Самое интересное

Популярно в соцсетях

  • Москва
  • Санкт-Петербург
  • Абакан
  • Архангельск
  • Астрахань
  • Барнаул
  • Белгород
  • Брянск
  • Владикавказ
  • Владимир
  • Волгоград
  • Вологда
  • Воронеж
  • Горно-Алтайск
  • Грозный
  • Екатеринбург
  • Иваново
  • Ижевск
  • Иркутск
  • Казань
  • Калининград
  • Калуга
  • Кемерово
  • Киров
  • Кострома
  • Краснодар
  • Красноярск
  • Курган
  • Курск
  • Кызыл
  • Липецк
  • Магадан
  • Магас
  • Марий Эл
  • Махачкала
  • Мурманск
  • Нальчик
  • Нижний Новгород
  • Новосибирск
  • Омск
  • Орел
  • Оренбург
  • Пермь
  • Петрозаводск
  • Петропавловск-Камчатский
  • Псков
  • Ростов-на-Дону
  • Рязань
  • Салехард
  • Саратов
  • Севастополь
  • Серпухов
  • Симферополь
  • Смоленск
  • Ставрополь
  • Тамбов
  • Тверь
  • Томск
  • Тула
  • Тюмень
  • Улан-Удэ
  • Уфа
  • Хабаровск
  • Ханты-Мансийск
  • Чебоксары
  • Челябинск
  • Черкесск
  • Элиста
  • Чита
  • Южно-Сахалинск
  • Якутск
  • Ярославль
  • Австралия
  • Германия
  • Египет
  • Испания
  • Израиль
  • Канада
  • Казахстан
  • Киргизия
  • Латвия
  • Молдова
  • США
  • Турция
  • Эстония
  • МК. Российский региональный еженедельник
  • МК. Медиа-Сервис
  • РИА “O’Кей”
  • Агентство МК
  • МК-Сервис
  • МК-Агентство Продвижения Прессы
  • Подписаться на срочные новости
  • Авторы
  • Издания
  • Пресс-центр
  • Фоторепортажи
  • Опросы
  • Блоги
  • Галерея Алексея Меринова
  • «МК» о спорте»
  • Про товары и услуги
  • MiKi
  • Промокоды
  • Финансы
  • Реклама
  • Подписка
  • Фотоархив МК
  • Вакансии
  • Контакты

© ЗАО “Редакция газеты “Московский Комсомолец” Электронное периодическое издание «MK.ru»

Зарегистрировано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор). Свидетельство Эл № ФС77-45245 Редакция – ЗАО “Редакция газеты “Московский Комсомолец”. Адрес редакции: 125993, г. Москва, ул. 1905 года, д. 7, стр. 1. Телефон: +7(495)609-44-44, +7(495)609-44-33 , e-mail info@mk.ru. Главный редактор и учредитель – П.Н. Гусев. Реклама третьих сторон

Читайте также:  Отказ от радиоточки в квартире

Все права на материалы, опубликованные на сайте www.mk.ru, принадлежат редакции и охраняются в соответствии с законодательством РФ.
Использование материалов, опубликованных на сайте www.mk.ru допускается только с письменного разрешения правообладателя и с обязательной прямой гиперссылкой на страницу, с которой материал заимствован. Гиперссылка должна размещаться непосредственно в тексте, воспроизводящем оригинальный материал mk.ru, до или после цитируемого блока.

Для читателей: в России признаны экстремистскими и запрещены организации «Национал-большевистская партия», «Свидетели Иеговы», «Армия воли народа», «Русский общенациональный союз», «Движение против нелегальной иммиграции», «Правый сектор», УНА-УНСО, УПА, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Мизантропик дивижн», «Меджлис крымскотатарского народа», движение «Артподготовка», общероссийская политическая партия «Воля».
Признаны террористическими и запрещены: «Движение Талибан», «Имарат Кавказ», «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ), Джебхад-ан-Нусра, «АУМ Синрике», «Братья-мусульмане», «Аль-Каида в странах исламского Магриба».

Директор Института свободы Федор Бирюков заявил URA.RU, что власти якобы намереваются использовать опыт КНР, где содержание престарелых родителей лежит на их детях. А это, в свою очередь, станет заделом для нового витка пенсионной реформы.

Что за реформа?

Чиновники ЦБ и Минфина убеждены, что россиянам копить на достойную старость нужно смолоду. Для этого они разработали новую реформу накопительной пенсии, которая коснётся добровольных взносов в негосударственные пенсионные фонды (НПФ) — так называемых негосударственных пенсий.

Идея новой накопительной пенсии родилась ещё в 2016 году. Тогда разработали законопроект об индивидуальном пенсионном капитале, по которому работодатели должны были автоматически перечислять 6% зарплат всех россиян в НПФ. Но президент Путин резко раскритиковал эту инициативу. От идеи «автоподписки» пришлось отказаться.

Общий смысл новой накопительной системы, которая может заработать с 2022 года, уже известен: чтобы получить бонус к пенсии, нужно будет ежемесячно отчислять часть зарплаты в НПФ.

По подсчётам Минэкономразвития, россияне вложат в ГПП почти 1 трлн рублей в 2021 году (и 3 трлн в 2024 году), и эти деньги можно будет инвестировать в экономику.

В обновленной Конституции обнаружен задел для пенсионной реформы

Новый принцип отношения государства и общества может быть реализован в очередном витке реформы пенсионной системы, полагает директор Института свободы Федор Бирюков: «Здесь [в новой поправке] используется китайский опыт, где вся нагрузка на содержание престарелых родителей ложится на их детей».

На пенсию раньше, но с меньшей выплатой

Татьяна Богданова, « АиФ » : Евгений Львович, вы с коллегами изучали, как коронакризис отразится на соцфондах, из которых выплачиваются пенсии и пособия. Насколько большие «дыры» в них появятся?

Евгений Якушев: Точный размер снижения доходов внебюджетных фондов назвать пока сложно. Мы смоделировали три сценария: оптимистичный – если экономика восстановится за 6 месяцев, базовый – за 12 месяцев, консервативный – за 18 месяцев. В зависимости от того, как будут развиваться события, возможные потери фондов варьируются от 621 млрд до 2,9 трлн руб.

– Какие?

– Фонд национального благосостояния. Он как раз создавался для таких целей. Можно выпустить целевые облигации Минфина или передать на прямое финансирование из федерального бюджета части обязательств внебюджетных фондов – например, фиксированной части пенсии. Мы с коллегами из Института социальной политики предлагаем ввести гибкий пенсионный возраст для сокращаемых в кризис работников. Эта мера даст возможность выйти на пенсию раньше, получив выплату исходя из фактически накопленных пенсионных прав (если у человека заработан необходимый стаж и баллы). Гибкий пенсионный возраст есть во многих странах. Среди возможных сценариев – ввести единую ставку в 22% со всего ФОТ высокооплачиваемых работников (сейчас есть потолок), что тоже приведёт к росту взносов.

– Малым компаниям снизили взносы. А разве работающие там люди не пострадают потом, получив меньшую пенсию?

– Нет. По закону пониженные тарифы должны компенсироваться федеральным бюджетом. Скажем, работодатель перечисляет в фонды 15 руб., и ещё столько же добавляет бюджет. Кстати, таких компаний у нас немало. Для IT-сферы тариф недавно снизили до 7,5%, есть льготы у сельхозпредприятий, фармацевтических. При таком раскладе, когда спонсором ПФР продолжает выступать бюджет, пенсионной системе сложно быть сбалансированной.

С другой стороны, надо понимать, что был запущен механизм ужесточения требований для получения страховой пенсии. Надо будет заработать не меньше 30 баллов и иметь стаж больше 15 лет. Поэтому люди, которые работают сейчас в тени, находятся в зоне риска.

Как Владимир Путин изменил пенсионную реформу

72 из них депутаты от КПРФ, ЛДПР и «Справедливой России» попросили рассмотреть отдельно. Депутат от ЛДПР Сергей Иванов предложил отложить пенсионную реформу на 20 лет. По его словам, «реформа провалилась», о чем говорят и результаты губернаторских выборов: в четырех регионах выдвиженцы «Единой России» не выиграли в первом туре, а во втором туре в Хабаровском крае и Владимирской области победили представители ЛДПР.

Член КПРФ Николай Коломейцев предложил поддержать поправку Раисы Кармазиной («Единая Россия»), устанавливающую сохранение пенсионного возраста для жителей Крайнего Севера на уровне 55 и 50 лет для мужчин и для женщин соответственно. «Но учитывая давление, которое вчера было на “Единую Россию”, которая проголосовала за эту поправку, а потом отклонила ее, я предлагаю проголосовать за закон тайно. Тогда мы получим более объективные результаты»,— сказал парламентарий. Вячеслав Володин с этим не согласился:

Алексей Трясак,
программист:

Каждый год я получаю какие-то письма. Смотрю на цифры , читаю , а потом выбрасываю. Как-то не заинтересовался я ни пенсионными фондами , ни компаниями , куда можно перевести какую-то часть будущей пенсии. У меня стаж семь лет , работать еще много надо.

Обязательно и активно! Сначала деньги были в одном фонде , но там не было прибыли. Уже два года я вкладчик другого фонда. Я оптимист и верю , что эти накопления не напрасны.

Как сейчас дела с пенсиями

Сейчас в России пенсии платят из общего котла. Этот котел пополняется за счет страховых взносов и доходов бюджета. Очень упрощенно можно сказать, что половину денег на пенсии даем мы с вами напрямую, вторую половину — федеральный бюджет.

Пока люди работают, они платят взносы в пенсионный фонд. А пенсионерам платят из этих денег ежемесячные пенсии. Современная бабушка получает свою пенсию как бы из доходов бюджета и взносов трудящихся. В ход идут нефтегазовые доходы, налоги и накопления из специального резервного фонда.

Пенсии платят не только по старости, бабушкам и дедушкам. Еще пенсия положена при потере кормильца, по инвалидности, за выслугу лет. Есть категории людей, которые выходят на пенсию по возрасту гораздо раньше: например, школьному учителю для выхода на пенсию нужно иметь 25 лет педагогического стажа, а возраст не имеет значения. Вполне реально выйти на пенсию по старости годам к сорока пяти. Потом можно получать пенсию и еще двадцать лет работать за зарплату.

сейчас нужно на выплату пенсий каждый день

Все эти пенсии — это социальные обязательства государства. По идее, государство говорит: «Ты работай на благо страны, пока можешь, а потом я о тебе позабочусь». Или так: «Раз ты уже сейчас не можешь работать по уважительной причине, я все равно о тебе позабочусь».

С 2002 года появилась еще такая система: большая часть пенсионных взносов по-прежнему уходит в общий котел, а меньшая часть складывается на индивидуальный накопительный счет будущего пенсионера. Деньги на этих счетах можно дать в управление, чтобы частные и государственные фонды их инвестировали, получали доход и через это увеличивали пенсионные накопления гражданина. Посыл такой: «Давайте-ка вы и сами о себе позаботьтесь немного». Этих накоплений мало: 1—2% от всех денег в ПФР . А сейчас на формирование накопительной части вообще действует мораторий.

человек получали пенсии в 2017 году

При этом взносов должно хватать не только на пенсии, но и на маткапитал, доплаты к пенсии и разные социальные выплаты, а также поддержание работы самого пенсионного фонда — всех людей, которые администрируют выдачу пенсий и делают так, чтобы заявление можно было отправить через интернет, а выписку получить моментально в личном кабинете.

России не избежать новой пенсионной реформы

По материалам публикаций на сайте портала «Свободная пресса»

Уже в 2024—2025 годах российскому правительству придется в очередной раз реформировать пенсионную систему, поскольку уже через 10 лет обеспечить выплатами по старости всех пенсионеров будет невозможно.

Такой неутешительный прогноз выдал экс-президент Национальной лиги управляющих, эксперт по работе с негосударственными пенсионными фондами Дмитрий Александров .

«В 2034 у нас будет очень сильный провал по демографии. Если экономика будет сильно и быстро развиваться, то мы сможем „докидывать“ деньги. Если взять действующую экономику с небольшим ростом, то есть относительно благополучную ситуацию, то ПФР не сможет выполнять свои обязательства. Надо будет что-то придумывать, чтобы люди смогли себя кормить», — цитирует эксперта портал URA.RU.

Надо сказать, что в этом мнении он далеко не одинок. Так, например, в беседе с «СП» экономист Никита Масленников отметил, что в целом разделяет общий посыл высказывания Дмитрия Александрова.

— Некий трансфер пенсионной системы нужно запускать даже до 2024 года, — подчеркнул эксперт. — Потому что нас абсолютно не может удовлетворить ни состояние дел с накопительной частью пенсий, ни с динамикой роста их коэффициента замещения.

Даже если все сегодняшние разговоры об увеличении к 2023 году пенсий по старости в среднем до 19 283 рублей, а средней номинальной зарплаты — до 57 тысяч, будут претворены в жизнь, это даст нам коэффициент замещения на уровне всего 30%. Выходит, в вопросе роста благосостояния пенсионеров все эти годы мы будем топтаться на месте, и никаких структурных изменений не произойдет. Естественно, перезагрузка пенсионной системы абсолютно неизбежна, и это вызывает озабоченность.

«СП»: — Есть ли хоть небольшая надежда на то, что все же удастся как-то обойтись без очередных перестроек пенсионной системы, от которых, как показывает практика, она становится только хуже?

— Пока даже национальный план восстановления экономики порадовать нас ничем не может. Он рассчитан до 2021 года, а дай-то бог, чтобы наша экономика при устойчивых ценах на нефть на уровне 45 долларов за баррель хотя бы вернулась к докризисным показателям где-нибудь ко второй половине 2022 года. А ключ к успешной перезагрузке пенсионной системы — политика активного экономического роста.

«СП»: — Что нам нужно для этого?

— Пока здесь очень много вопросов. Не очень понятно, например, какими путями правительство будет решать проблему по созданию новой экономической модели в целом, которая дала бы нам устойчивый рост. В том, что ее придется решать, никаких сомнений быть не может. То, что пенсионной системе нужен новый «дизайн» — совершенно безальтернативная ситуация. Но пока у властей есть только некое общее понимание того, что нам нужно восстановление накопительной пенсионной системы и увеличение коэффициента замещения, в том числе на основе индивидуальной зависимости для каждого пенсионера от его уровня зарплаты и стажа работы.

«СП»: — То есть для создания адекватной и справедливой пенсионной системы нам нужно сначала перенастроить всю макроэкономику?

— Делать это нужно параллельно, задачи соподчиненные. Для начала неплохо было бы честно признаться себе — все, что делается в пенсионной системе, удовлетворить нас не может. Это просто оттягивание момента жесткого выбора. Нужно понять для себя — а пенсионная система есть производная от какой экономической модели? Если от новой, то тогда тут может что-то действенное получиться. А от того, что мы имеем в экономике сейчас, никакой новой модели социального обеспечения для пенсионеров, конечно, не получится. Ответить на все эти вопросы нам нужно, полагаю, самое позднее к 2022−2023 годам.

«СП»: — А что будет, если власть затянет решение этих вопросов на пару-тройку лет? Последствия не окажутся катастрофическими?

— Судите сами. Сейчас трансферт из федерального бюджета в бюджет Пенсионного фонда РФ на погашение дефицита еще по докоронавирусным планам составлял чуть более 3 триллионов рублей. Если ничего не делать, трансферт будет увеличиваться, и через 5−8 лет мы получим его удвоение. Откуда такие деньги брать? У федерального бюджета они вообще-то есть?

Эта чистая арифметика, резюмирует Никита Масленников, совершенно однозначно дает понять, что в вопросе «перезагрузки» пенсионной системы российским властям нужно куда-то двигаться практически прямо сейчас. Тем более что, по его мнению, правительство в выборе механизмов для создания новой экономической модели устойчивого роста принципиально ничем не ограничено.

Однако последние экономические события, особенно — на международных рынках углеводородов, дают понять: несмотря на все декларативные заявления властей, за последние 20 лет России так и не удалось «слезть с нефтегазовой иглы». А без этого, не раз подчеркивали в беседах с «СП» видные экономисты, никакой новой экономической модели в нашей стране построить нельзя.

Соответственно, в этих условиях наивно надеяться, что в вопросе «перезагрузки» пенсионной системы власти вдруг возьмутся изобретать какие-то новые рецепты. Власть же уже давно поняла, заявил «СП» член Столыпинскогого клуба, экономист Владислав Жуковский , что россияне в целом беспрекословно проглотили повышение пенсионного возраста на 5 лет и, по сути, просто молча утерлись от такого плевка в лицо, так что вопрос дальнейшего повышения пенсионного возраста тут абсолютно не закрыт.

— Полагаю, после переписывания Конституции долго ждать не станут, и в период с 2023 по 2027 годы пенсионный возраст повысят ещё раз, — подчеркнул он. — Власть не ощущает дна, не видит берегов, на 90% вполне обоснованно полагая, что «пипл схавает», что угодно, раз в 2014 году не сопротивлялся практически краже пенсионных накоплений. Так что если россияне думают, что пенсионная реформа закончилась, они сильно ошибаются. Все только начинается.

Читайте также:  Увольнение как наказание за дисциплинарный проступок

— Я не сомневаюсь, что «дорожная карта» для этого составлена уже давно, — вторит ему сам Дмитрий Александров. — Мы любим ссылаться на передовой мировой опыт, а в той же Англии, на минуточку, на пенсию выходят в 70 лет и уже подумывают о поднятии планки. Теперь вспомните, какие цифры по новому возрасту выхода на пенсию заявлялись изначально? Более поздний выход на пенсию для женщин, практически наравне с мужчинами, предлагался не просто так. Женщины — основная «проблема» пенсионной системы. Они выходят на пенсию раньше, а продолжительность жизни у них дольше, чем у мужчин.

Но «перетряхивать» придется не только порог выхода на пенсию. Полагаю, будут еще пересмотрены и категории «досрочников», пока еще имеющих право выйти на заслуженный отдых раньше основной массы работающих. Думаю, также будет затронут и нюанс, существующий еще со сталинских времен — работники сферы сельского хозяйства имеют некоторые льготы по отчислениям в Пенсионный фонд, а пенсию получают не меньшую, чем горожане. Так что здесь тоже следует в перспективе ждать секвестирования.

На российские негосударственные пенсионные фонды, подытожил Дмитрий Александров, будущим пенсионерам возлагать особых надежд также не стоит. Потому что, по его мнению, их с огромной долей вероятности ждет повторение судьбы своих собратьев из Казахстана. Там в конечном итоге после ряда не совсем вразумительных «телодвижений» и попыток создания единого большого негосударственного конкурента Пенсионному фонду все эти активы сначала в полудобровольном, а потом и вовсе в приказном порядке слились государству.

К каким тогда аргументам будут прибегать российские власти, упрашивая населения в очередной раз «отнестись с пониманием» к очередной пенсионной реформе, и сработают ли они в принципе? Ответов на эти вопросы, пожалуй, ждать уже недолго.

Комментарий редакции : После того, как россияне в целом спокойно отнеслись к повышению пенсионного возраста, все преграды для дальнейшего грабежа народа как бы оказались разрушенными. Вот поэтому компрадорская власть выдвигает сумасбродные проекты по сокращению социальных гарантий. Понятное дело, что новая волна «пенсионной реформы» относится к этому.Только вот последствия новых либеральных экспериментов могут привести к трагедии. И все это происходит на фоне массовых разговоров о социальных поправках в Конституцию. Если бы верхи пытались реально достичь этого, они бы, как минимум, не стали допускать разговоров о новых «непопулярных» мерах. К чему всё это? Давно пора положить конец политике социального геноцида. Поэтому важно включаться в борьбу против капиталистической эксплуатации, за Ресоветизацию.

Уже в 2024—2025 годах российскому правительству придется в очередной раз реформировать пенсионную систему, поскольку уже через 10 лет обеспечить выплатами по старости всех пенсионеров будет невозможно.

Новая пенсионная реформа неизбежна

Вопреки обещаниям власти, повышение возраста выхода на заслуженный отдых лишь отсрочило проблему, разрыв между зарплатами и выплатами из ПФР будет только расти.

В России грядет куда более радикальная пенсионная реформа, чем повышение возраста выхода на заслуженный отдых. В противном случае, выжить на ежемесячные выплаты из ПФР будет куда сложнее, чем сейчас. В чем причина, и как найти выход из сложившейся ситуации, обсудили на Гайдаровском форуме-2020.

В восприятии населения, даже после реформы 2018 года пенсии остались низкими как в абсолютном выражении, так и по отношению к прежнему заработку, отметил заместитель директора Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Юрий Горлин. После выхода пенсию человек получает меньше 40% утраченного дохода, и много меньше актуальных на рынке труда зарплат. Кроме того, размер выплат из ПФР не сильно разнится в зависимости от прежней оплаты труда, стажа и прочего. «Сосед работал меньше, чем я, получал копейки, а пенсия у нас теперь почти одинаковая», — рассуждают люди.

«Наши расчеты показывают, что при условии даже небольшого, но стабильного экономического роста в 1,5%, как сейчас, индексировать пенсии на уровне инфляции — не проблема. Проблема в том, что соотношение пенсий и зарплат будет и дальше снижаться. И в какой-то момент это может стать критичным», — отметил Горлин. И чем больше будет экономический рост, тем больше будет расти разрыв между размером пенсий и зарплат.

Еще одна, чисто российская проблема: у нас довольно много работников с такой низкой зарплатой, что даже при сорокалетнем стаже они не заработают на пенсию, превышающую границу бедности. То есть — правительство и впредь не сможет отказаться от пенсионных доплат. Это значит, система уже сейчас не выполняет своей основной функции — защиты от бедности в старости. Если ничего не менять, станет только хуже.

«Если бы мы не повысили пенсионный возраст в 2018 году, то к 2050 году на одного пенсионера приходилось бы 0,85 работника, который платит взносы в ПФР. Пенсионная реформа позволила сдержать снижение этого показателя до 0,99. Но этот прогноз не учитывает нарастания нестандартных форм занятости и расширения неформального сектора», — считает Горлин.

По разным оценкам, сегодня до 35% зарплат выплачивается в конвертах, в обход страховых взносов. Кроме того, чиновники ввели специальный режим для самозанятых и легально освободили людей от уплаты таких взносов. «Возможно, для решения проблемы стоило бы взимать страховые взносы не только с доходов, но и с расходов, превышающих официальный заработок. Цифровые технологии позволяют это сделать. Но в таком случае Оруэлл покажется нам детской сказкой», — отметил Горлин.

По мнению эксперта, старение населения объективно требует пересмотра общественного договора. «Повышение пенсионного возраста несколько улучшило ситуацию, но нужно принимать дальнейшие решения, и, вероятно, они будут приняты. В первую очередь это повышение требований к стажу. Сегодня достаточно отработать 11 лет, через некоторое время будет 15 лет, но этого все равно недостаточно для балансировки системы», — считает он. Наряду с этим нужно реформировать систему досрочных пенсий, менять ставку страховых взносов.

Существуют разные точки зрения о том, какой должна быть пенсионная система будущего. «Есть мнение, что страховые пенсии на горизонте 50 лет должны трансформироваться в пособия по нуждаемости, которые будут выплачиваться тем, кто прекратил работать по старости или по каким-то другим основаниям. Другая концепция, и я считаю ее более реалистичной, заключается в том, что пенсионная система в обозримой перспективе сохранит страховой характер, основанный на принципах солидарности поколений», — отметил эксперт. Главное, по мнению Горлина, чтобы о грядущих переменах было известно заблаговременно, на много лет вперед.

О том, что в обозримом будущем значимую роль начнет играть накопительная пенсионная система, пока всерьез говорить сложно. По словам Горлина, до сих пор доходность НПФ была почти вдвое ниже инфляции. При этом управляющие пенсионными накоплениями получали в виде вознаграждения почти треть дохода от инвестиций.

С тем, что перспектив у гарантированного пенсионного продукта не много, согласна замдиректора Института социальной политики ВШЭ Оксана Синявская. «С точки зрения доходов и их динамики за последние три года, можно говорить, что почти треть работников потенциально могла бы участвовать в накопительной системе. При этом реально уже имеют сбережения и готовы их вкладывать в НПФ только 2,5-6% занятых работников. Это совсем не те цифры, о которых мечтают Центробанк и Минфин», — заметила Синявская.

По ее словам, для 15% работников ставка замещения настолько мала, что делает участие даже в государственной пенсионной системе неинтересным и бессмысленным, и предрекает им резкое падение уровня жизни при условии прекращения занятости. «Более того, исследования нашего института показывают, что за последние десятилетия наметилась тенденция усиления „липкости пола“. То есть — выйти из ситуации низкой квалификации и низких доходов все сложнее», — отметила она.

Что касается неформальной занятости, это, по мнению Синявской, не только и не столько выбор работников. «Те исследования неформальной экономики, которые есть на сегодня, показывают, что причина расширения этого сегмента комплексная во многом связана с особенностями национальной структуры экономики России. Если мы посмотрим, как менялась занятость на протяжении последних десятилетий, то увидим, что наблюдавшийся рост происходил в основном за счет неформального сектора. Уровень занятости в формальном секторе, напротив, сокращался», — заметила она.

В условиях, когда самозанятых и работников с зарплатами «в конвертах» становится все больше, по мнению Синявской, правительству, вероятно, придется сокращать охват населения страховой пенсионной системой. «Но в таком случае неизвестно, на что люди будут жить как в ранние пенсионные годы, когда они еще могут работать, так и после 75 лет. Возможно, в долгосрочной перспективе стоит подумать о введении чего-то вроде базового дохода в старости», — считает Синявская.

В том, что новая реформа пенсионной системы необходима и неизбежна, все участники дискуссии оказались единодушны. «Мы живем на переломном этапе, когда происходит поиск абсолютно новой парадигмы развития пенсионных систем — и у нас, и во всем мире. Но наше основное ведомство, которое должно отвечать за пенсии, Министерство труда, как мне кажется, концептуально к этому не готово», — считает глава Центра правового обеспечения социально-экономических реформ Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ Юрий Воронин.

По мнению эксперта, сейчас нужно сконцентрироваться на солидарной страховой системе. Для подавляющего большинства населения в ближайшие десятилетия она будет основной. «Мы должны четко понимать: мы сохраняем старый общественный договор или предлагаем новый? Вопрос не в выборе страховой или накопительной модели. Это разные ножи, которыми режется один и тот же пирог, формируемый из заработной платы. Основная проблема пенсионной системы не в старении. Проблема в том, что у нас фонд оплаты труда перестал расти теми темпами, которыми он рос: в течение всего 20 века — больше 5%, сейчас — меньше 1,5%. Вот причина кризиса системы. Меняя ее форму, мы не решим проблему. Мы должны в первую очередь определиться с вопросом об источниках наполнения», — считает Воронин. Вместо этого правительство в период с 2005 по 2012 годы снижает тариф страховых взносов на 12%, тем самым еще больше увеличив зависимость пенсионной системы от бюджетных трансфертов.

«Если зарплата у нас усыхает, нужно смотреть в сторону налогообложения роботов, агрегаторов. Чтобы система оставалась самоокупаемой и сбалансированной, нужно найти новые источники», — считает Воронин.

При этом самозанятых он предложил выделить в отдельную категорию. «Нам нужно перестать датировать их пенсии из общей солидарной системы. Мы должны им предложить другую. Мне кажется, что для них более органична индивидуально-накопительная», — считает эксперт.

Еще одна, чисто российская проблема: у нас довольно много работников с такой низкой зарплатой, что даже при сорокалетнем стаже они не заработают на пенсию, превышающую границу бедности. То есть — правительство и впредь не сможет отказаться от пенсионных доплат. Это значит, система уже сейчас не выполняет своей основной функции — защиты от бедности в старости. Если ничего не менять, станет только хуже.

Почему пенсионные реформы в России бесконечны

Мало какая другая реформа в России длится столь долго и столь бесплодно, как пенсионная. Новый виток слухов о том, что нас впереди ждёт очередное изменение в сфере пенсионного обеспечения, появился вовсе не случайно, — россияне уже приучены к тому, что никакой стабильности от государства в плане жизни в старости ожидать не приходится.

Как известно, команда реформаторов, пришедшая к власти в 1991 году, больше думала о «рыночных преобразованиях», нежели о социальных. У них были вполне ясные и чёткие представления о том, как проводить приватизацию, но вот по поводу того, как заниматься социальным обеспечением, в данном случае — пенсионным, продуманных идей не было.

Впрочем, и они понимали, что если приняться ещё и за реформу пенсионного законодательства, то можно допустить в стране социальный взрыв, который сметёт их власть. И потому в течение всех 90-х годов власть к изменениям на данном направлении не приступала, сохраняя советскую распределительную систему, так называемую «солидарную», когда пенсии выплачиваются из текущих поступлений в бюджет работающих. Но при этом указом президента в 1992-м было разрешено создавать негосударственные пенсионные фонды (НПФ). То есть фактически две системы выстраивались параллельно.

Конечно, с НПФ в 90-е происходило примерно то же самое, что и с чековыми инвестиционными фондами и прочими новинками рыночной экономики. Они не стали ни источником «длинных денег», ни средством надёжного сбережения. Многие бизнесмены начинали заниматься ими в надежде по-быстрому собрать деньги с доверчивых и потом куда-нибудь с ними скрыться. Так получилось, что в середине 90-х я имел отношение к одному из созданных НПФ (и сохранившихся до сих пор через поглощения и преобразования). И помню причитания одного из его сотрудников, который пришёл туда на работу и завистливо рассказывал про зарплаты в других НПФ — «ребята там сразу себе иномарочки прикупили и на них ездят». В этой наивной мечте о скорой иномарке ярко выступал менталитет того времени. Пенсионные фонды — консервативный институт длительных и постепенных накоплений. В них не может быть скорых и быстрых доходов, особенно для учредителей и персонала. Потому-то упомянутый фонд и не разорился, что его основатели не тратили собранные финансы на себя. А тех фондов, в которых ребята рассекали на иномарках, и след простыл.

Однако в начале 2000-х правительство повернулось лицом к проблеме, и на волне новых радикальных рыночных реформ наподобие введения плоского подоходного налога, о которым мы недавно писали, занялось радикальной пенсионной реформой, ассоциировавшейся с тогдашним председателем ПФР Михаилом Зурабовым (впоследствии министром здравоохранения и социального развития). В итоге после 2002 года пенсия состояла из двух частей — страховой и накопительной. Считалось, что это очень рыночное и справедливое решение — каждый человек сам зарабатывает себе на пенсию, сам решает, как ему накапливать, а государство гарантирует ему некий базовый доход.

Читайте также:  У мужа ипотека до брака

Но гладко было на бумаге — по старой русской пословице. В реальности всё оказалось совсем не так, как планировалось. Если вкратце, то можно сказать, что реформа провалилась. В первые годы в НПФ перевёл свои накопления лишь малый процент жителей РФ. Как выяснилось, они поступили вполне разумно, ибо доходность у «молчунов» (тех, кто не заявил о желании выбрать НПФ и автоматом был прикреплён ко Внешэкономбанку — государственной управляющей компании) оказалась выше, чем у тех, кто рискнул и подписал договоры с негосударственными фондами. Впрочем, проиграли все, ибо доходность ни у тех, ни у других не покрыла темпов инфляции. И даже в 2010-м у 36 млн россиян деньги находились под контролем Внешэкономбанка, а под контролем различных НПФ — у 37 млн. И это спустя 17 лет после начала реформы.

Эти цифры свидетельствуют о глубоком недоверии россиян к целям и механизмам реформы, их неверии в то, что игрой на финансовых рынках можно существенно улучшить свою пенсию. Правительство, в общем, признало в 2013 году провал реформы, перекинув накопительные деньги россиян (243 млрд рублей) в распределительную систему. Также власти поступали и в следующие годы, регулярно продляя «пенсионный мораторий». Де-факто реформа была отменена. Вернутся ли когда-нибудь замороженные деньги — неизвестно. Оказалось также, что при смене НПФ люди несут огромные потери — более 82 млрд рублей только в 2015–2017 годах.

Оказавшись на краю финансовой пропасти, не зная как сводить концы с концами, правительство в итоге решилось на самую непопулярную меру, возможность которой ранее многократно отрицалась, в том числе самим президентом. В 2018-м был существенно поднят возраст выхода на пенсию. Но это решение (о котором ни слова не было сказано во время избирательной кампании 2018 года, но при этом незамедлительно объявлено после её окончания) является само по себе паллиативом, поскольку даёт лишь временную передышку власти, но не устраняет корневых причин постоянного пенсионного кризиса в РФ. Поэтому разговоры о новой пенсионной реформе вполне могут иметь под собой основание.

Главная проблема заключается в том, что в условиях нестабильной экономики правительство пытается внедрить схему, которая может работать только в обществе со сложившимися и не меняющимися правилами игры. Потому-то в России и не прошёл чилийский вариант — о чём мечтали реформаторы, — что нет никаких возможностей для долгосрочного планирования. Правила игры всё время меняются. Никто не уверен, будет ли у него завтра работа. Доходы бюджета критически зависят от цены на нефть. Уровень жизни населения невысок, что также не создаёт благоприятной среды для инвестиций в будущее.

Урок, который можно вынести из многострадальных пенсионных реформ, заключается в том, что нельзя следовать абстрактным экономическим схемам. Как бы заманчиво ни выглядели теории о самостоятельном накоплении ответственными гражданами пенсионных сбережений, если для этого не имеется достаточных оснований — институциональных, макроэкономических, ментальных и т. д., — схема работать не будет. При этом главной заботой государства является не реальное наполнение бюджета пенсионеров, а желание скинуть с себя этот груз на плечи людей, как это произошло с жилищной политикой, где практически нет альтернативы ипотеке.

Но если в сфере жилья ипотечная схема как-то работает при всех её социальных издержках, отягощая жизнь людей молодого и среднего возраста кредитной кабалой, то в пенсионной сфере так не получается, ибо она касается каждого, а истекшее за 30 постперестроечных лет время было не лучшей эпохой для подобных накоплений, начиная с зарплат по «серым» схемам. Поэтому наилучшим решением представляется введение моратория на любые эксперименты в пенсионном законодательстве на длительный срок. Ведь как бы плохо ни шла зурабовская реформа, люди к ней привыкали, участвовали в схемах государственного софинансирования, выбирали себе НПФ. Постепенно налаживались правила игры, и в 2013 году они разом оборвались. Что может сильнее дискредитировать идею реформы?

Самое интересное — в нашем канале Яндекс.Дзен

Впрочем, и они понимали, что если приняться ещё и за реформу пенсионного законодательства, то можно допустить в стране социальный взрыв, который сметёт их власть. И потому в течение всех 90-х годов власть к изменениям на данном направлении не приступала, сохраняя советскую распределительную систему, так называемую «солидарную», когда пенсии выплачиваются из текущих поступлений в бюджет работающих. Но при этом указом президента в 1992-м было разрешено создавать негосударственные пенсионные фонды (НПФ). То есть фактически две системы выстраивались параллельно.

Новая пенсионная реформа неизбежна

Вопреки обещаниям власти, увеличение возраста выхода на заслуженный отдых лишь отсрочило проблему, разрыв меж зарплатами (плата (оплата труда работника) — вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные и) и выплатами из ПФР будет только расти.

В России грядет куда более конструктивная пенсионная реформа, чем повышение возраста выхода на заслуженный отдых. В неприятном случае, выжить на ежемесячные выплаты из ПФР будет куда сложнее, чем на данный момент. В чем причина, и как найти выход из сложившейся ситуации, обсудили на Гайдаровском форуме-2020.

В восприятии населения, даже после реформы 2018 года пенсии остались низкими как в безоговорочном выражении, так и по отношению к прежнему заработку, отметил заместитель директора Института общественного анализа и прогнозирования РАНХиГС Юрий Горлин. После выхода пенсию человек получает меньше 40% утраченного дохода, и очень много меньше актуальных на рынке труда зарплат. Кроме того, размер выплат из ПФР не очень разнится в зависимости от прежней оплаты труда, стажа и прочего. «Сосед трудился меньше, чем я, получал копейки, а пенсия у нас теперь почти одинаковая», — рассуждают люди.

«Наши расчеты демонстрируют, что при условии даже небольшого, но стабильного экономического роста в 1,5%, как на данный момент, индексировать пенсии на уровне инфляции — не проблема. Проблема в том, что соотношение пенсий и зарплат будет и далее снижаться. И в какой-то момент это может стать критичным», — отметил Горлин. И чем больше будет экономический рост, тем больше будет расти разрыв меж размером пенсий и зарплат.

Еще одна, чисто российская проблема: у нас достаточно много работников с такой низкой зарплатой, что даже при сорокалетнем стаже они не заработают на пенсию (регулярный (ежемесячный или еженедельный) денежный доход, выплачиваемый лицам, которые: достигли пенсионного возраста (пенсии по старости), имеют инвалидность, потеряли кормильца.В зависимости от), превосходящую границу бедности. То есть — правительство и впредь не сможет отказаться от пенсионных доплат. Это означает, система уже сейчас не выполняет своей основной функции — защиты от бедности в старости. Если ничего не просто менять, станет только хуже.

«Если бы мы не повысили пенсионный возраст в 2018 году, то к 2050 году на 1-го пенсионера приходилось бы 0,85 работника, который платит взносы в ПФР. Пенсионная реформа позволила сдержать понижение этого показателя до 0,99. Но этот прогноз не учитывает нарастания необычных форм занятости и расширения неформального сектора», — считает Горлин.ъ

По различным оценкам, сегодня до 35% зарплат выплачивается в конвертах, в обход страховых взносов. За исключением того, чиновники ввели специальный режим для самозанятых и легально освободили людей от уплаты таких взносов. «Допустимо, для решения проблемы (в широком смысле — сложный теоретический или практический вопрос, требующий изучения, разрешения; в науке — противоречивая ситуация, выступающая в виде противоположных позиций в объяснении) стоило бы взимать страховые взносы не только с доходов, но и с расходов, превосходящих официальный заработок. Цифровые технологии позволяют это сделать. Но в таком случае Оруэлл покажется нам детской сказкой», — отметил Горлин.

По воззрению эксперта, старение населения объективно требует пересмотра общественного контракта. «Повышение пенсионного возраста несколько улучшило ситуацию, но нужно принимать последующие решения, и, вероятно, они будут приняты. В первую очередь это повышение требований к стажу. Сегодня довольно отработать 11 лет, через некоторое время будет 15 лет, но этого все равно недостаточно для балансировки системы», — считает он. Наряду с этим надо реформировать систему (множество элементов, находящихся в отношениях и связях друг с другом, которое образует определённую целостность, единство) досрочных пенсий, менять ставку страховых взносов.

Есть разные точки зрения о том, какой должна быть пенсионная система грядущего. «Есть мнение, что страховые пенсии на горизонте 50 лет должны трансформироваться в пособия по нуждаемости, которые будут выплачиваться тем, кто закончил работать по старости или по каким-то другим основаниям. Другая концепция, и я считаю ее более близкой к реальности, заключается в том, что пенсионная система в обозримой перспективе сохранит страховой нрав, основанный на принципах солидарности поколений», — отметил эксперт. Главное, по воззрению Горлина, чтобы о грядущих переменах было известно заблаговременно, на очень много лет вперед.

О том, что в обозримом будущем значимую роль начнет играть накопительная пенсионная система, пока серьезно говорить сложно. По словам Горлина, до сих пор доходность НПФ была почти в два раза ниже инфляции. При этом управляющие пенсионными накоплениями получали в виде вознаграждения практически треть дохода от инвестиций.

С тем, что перспектив у гарантированного пенсионного продукта не очень много, согласна замдиректора Института социальной политики ВШЭ Оксана Синявская. «С точки зрения доходов и их динамики за последние три года, можно гласить, что почти треть работников потенциально могла бы участвовать в накопительной системе. При этом реально уже имеют сбережения и готовы их вкладывать в НПФ только лишь 2,5-6% занятых работников. Это совсем не те цифры, о которых мечтают Центробанк и Минфин», — увидела Синявская.

По ее словам, для 15% работников ставка замещения настолько мала, что делает соучастие даже в государственной пенсионной системе неинтересным и бессмысленным, и предрекает им резкое падение топ-уровня жизни при условии прекращения занятости. «Более того, исследования нашего института демонстрируют, что за последние десятилетия наметилась тенденция усиления „липкости пола“. То есть — выйти из обстановке низкой квалификации и низких доходов все сложнее», — отметила она.

Что касается неформальной занятости, это, по воззрению Синявской, не только и не столько выбор работников. «Те исследования неформальной экономики, которые есть на сегодня, демонстрируют, что причина расширения этого сегмента комплексная во многом связана с особенностями государственной структуры экономики России. Если мы посмотрим, как менялась занятость на протяжении последних десятилетий, то увидим, что наблюдавшийся рост происходил в основном за счет неформального сектора. Топ-уровень занятости в формальном секторе, напротив, сокращался», — заметила она.

В критериях, когда самозанятых и работников (или Сотрудник — субъект трудового права, физическое лицо, работающее по трудовому договору у работодателя и получающее за это заработную плату) с зарплатами «в конвертах» становится все больше, по воззрению Синявской, правительству, вероятно, придется сокращать охват населения страховой пенсионной системой. «Но в таком случае непонятно, на что люди будут жить как в ранние пенсионные годы, когда они еще могут работать, так и после 75 лет. Допустимо, в долгосрочной перспективе стоит подумать о введении чего-то вроде базового дохода в старости», — считает Синявская.

В том, что новенькая реформа пенсионной системы необходима и неизбежна, все участники дискуссии очутились единодушны. «Мы живем на переломном этапе, когда происходит поиск совершенно новой парадигмы развития пенсионных систем — и у нас, и во всем мире. Но наше основное ведомство, которое должно отвечать за пенсии, Министерство труда, как мне кажется, концептуально к этому не готово», — считает глава Центра правового обеспечения социально-экономических реформ Института законодательства и сравнительного правоведения при правительстве РФ Юрий Воронин.

По воззрению эксперта, сейчас нужно сконцентрироваться на солидарной страховой (русская фамилия и топоним) системе. Для подавляющего большинства населения в близкие десятилетия она будет основной. «Мы должны четко понимать: мы сохраняем старенький общественный договор или предлагаем новый? Вопрос не в выборе страховой или накопительной модели. Это различные ножи, которыми режется один и тот же пирог, формируемый из заработной платы. Главная проблема пенсионной системы не в старении. Проблема в том, что у нас фонд оплаты труда перестал расти теми темпами, которыми он рос: в течение вообще всего 20 века — больше 5%, сейчас — меньше 1,5%. Вот причина кризиса системы. Меняя ее форму, мы не решим делему. Мы должны в первую очередь определиться с вопросом об источниках наполнения», — считает Воронин. За место этого правительство в период с 2005 по 2012 годы снижает тариф страховых взносов на 12%, тем самым еще больше увеличив зависимость пенсионной системы от госбюджетных трансфертов.

«Если зарплата у нас усыхает, нужно смотреть в сторону налогообложения ботов, агрегаторов. Чтобы система оставалась самоокупаемой и сбалансированной, нужно поискать новые источники», — считает Воронин.

При этом самозанятых он предложил выделить в отдельную категорию. «Нам надо перестать дотировать их пенсии из общей солидарной системы. Мы должны им предложить другую. Мне кажется, что для них более органична индивидуально-накопительная», — считает эксперт.

С тем, что перспектив у гарантированного пенсионного продукта не очень много, согласна замдиректора Института социальной политики ВШЭ Оксана Синявская. «С точки зрения доходов и их динамики за последние три года, можно гласить, что почти треть работников потенциально могла бы участвовать в накопительной системе. При этом реально уже имеют сбережения и готовы их вкладывать в НПФ только лишь 2,5-6% занятых работников. Это совсем не те цифры, о которых мечтают Центробанк и Минфин», — увидела Синявская.

Добавить комментарий